Потребность помогать развита в человеке русской культуры очень сильно. Наша страна – одна из немногих, где история помощи и поддержки нуждающихся насчитывает больше тысячи лет. Поэтому пословица о последней отданной рубашке остаётся актуальной и в XXI веке: мы всегда готовы отзываться на боль и страдания другого человека, готовы что-то сделать, чтобы облегчить его жизнь.

ОТВЕЧАЕМ НА ЗАПРОС

В нашей жизни постоянно возникают ситуации, требующие помощи в той или иной степени. Часто хочется помочь коллегам-новичкам, которые путаются в рабочих обязанностях и ничего не успевают; друзьям, которые болеют или переживают сложные жизненные ситуации; дети, теряющиеся перед сложной задачей, тоже нуждаются в помощи! Как же разобраться и принять правильное решение – помогать или нет? Как дозировать свою помощь, чтобы она была комфортна и приятна всем, и не переходила границу навязчивости?

В психологии, как одной из самых распространенных помогающих профессий, есть специальный термин “запрос”. Запрос – это высказанное вслух желание, которое содержит сразу три очень важных сообщения:

  1. я не справляюсь с … (чем-то), мне нужна помощь;
  2. я готов получить помощь от другого человека;
  3. я прошу тебя (вас, кого-то ещё) помочь мне.

Читать дальше


Я ль на свете всех милее?

Скажите женщине миллион раз, что она красива,
и она никогда в это не поверит.
Скажите ей один раз, что она уродлива,
и она никогда этого не забудет.

Почему мы, женщины, вечно недовольны своей внешностью? “Любите себя!” – внушает телевизор. “Ни лишние килограммы, ни нос картошкой не мешают личному счастью!” – вторят глянцевые журналы. Им там, в телевизоре, хорошо, – поднялась фея утром с кровати, улыбнулась, и пошла украшать мир. А когда у тебя мешки под глазами и двадцать лишних кило, с любовью к себе бывают затруднения. Особенно с утра.

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ПРИЧИНЫ

Откуда вообще берётся это недовольство? И существуют ли люди, которым всё в себе нравится? Статистика сообщает, что нет: 100% людей недовольны хотя бы одной деталью в своём внешнем виде, а у 30-40% из-за этого развивается настоящий комплекс неполноценности. Медицинский термин “дисморфомания”, означающий навязчивое желание улучшить свою внешность (например, пластическими операциями и похудением вплоть до анорексии) прочно вошёл в наш активный словарь.

Попробуем составить список “камушков” в огород наших переживаний на эту тему. Иногда это прямо булыжники – настоящие психологические травмы. Мамы и бабушки советской закалки, боящиеся перехвалить или воспитать “вертихвостку”, с их комментариями “не переживай, не в лице счастье”, или “кто ж с такими ногами замуж возьмёт”. Друзья и знакомые, считающие нужным сообщить “зато ты человек хороший”. Навязываемые СМИ и рекламой стандарты красоты, от которых мы, конечно же, далеки. Собственные убеждения касательно части тела, которая “оставляет желать лучшего” (чаще всего это кожа, волосы и нос). Плохое настроение. Случайно пойманное отражение в зеркале. Да мало ли их?

Важно то, что для разных женщин всё это работает по-разному. Кто-то всю жизнь непоколебимо уверен в своей неземной красоте, а кому-то достаточно одного косого взгляда, чтобы впасть в депрессию. И самое удивительное, что это свойство личности никак не связано с реальным внешним видом и количеством внимания от противоположного пола.
Читать дальше


Как искать своего психотерапевта

Основных пути два.

Первый – спрашивать рекомендаций у тех, кому Вы доверяете в оценке (например, у человека сходные с Вашими проблемы были и ему кто-то конкретный очень помог).

Второй – искать самостоятельно: почитать о разных направлениях (гештальт, психодрама, транзактный анализ, когнитивно-бихевиоральная терапия, психоанализ, системная семейная терапия и пр. – их много), потом выбрать то, которое кажется ближе. В гештальте, в котором работаю я, много внимания уделяется чувствам и эмоциям клиента, и контакту. В транзактном анализе – основой является модель Ребёнок + Родитель + Взрослый. В психоанализе идёт большая работа с бессознательным. И так далее.

Выбрав направление, можно будет выбирать конкретного человека – ходить по сайтам, смотреть отзывы и фотографии, смотреть, что человек о себе пишет, и какими словами. Следует избегать терапевтов, обещающих быстрый эффект, новую жизнь или гарантирующих решение проблем. Терапия – это путешествие по неизвестной реке, с неизвестным сроком, неизвестными промежуточными станциями и неизвестным местом назначения. Но с Вами рядом всё время будет опытный человек, обученный проходить пороги. Где-то встречала хорошую фразу: психотерапевты – это такие медленные зануды, готовые месяцами и годами вместе с клиентом двигаться мелкими шажками, до тех пор, пока клиенту это будет нужно.
Выбор своего психотерапевта довольно интуитивно происходит. Лично мне кажется, что люди в целом выбирают очень точно – в основном, тех, кто действительно может им помочь. Как-то удивительно чувствуют, что именно этот терапевт, именно сейчас, именно с этой проблемой хорошо работает.

Иногда первый выбранный терапевт не подходит – по какому-то принципиальному несовпадению в первые же встречи. Тогда можно к другому пойти, это, в общем, нормальный процесс.

Что происходит на сессиях

На сессиях происходит разговор и случаются переживания – как у клиента, так и у терапевта. Ничего специального клиенту уметь не нужно. Не нужно уметь даже формулировать, и уж тем более не обязательно чётко представлять, где и в чём проблема. В принципе, сам факт обращения к консультанту уже достаточен для того, чтобы признать причину обращения значимой. Нужно иметь только немного честности, смелости и желания меняться. И в процессе самой обычной беседы поступает достаточно информации, чтобы выдвинуть гипотезы о причинах, проверить их и предложить варианты работы.

Что конкретно происходит? Как выглядит эта работа? По-разному. Иногда я просто слушаю. Иногда даю обратную связь “я слышу это как 1…2…3… “. Иногда рассказываю теорию. Иногда подкидываю мысли на “подумать”. Иногда мы разыгрываем ситуации из жизни. Иногда используются предметы – игрушки, мебель, вещи. Иногда рисуем, иногда пишем. По-разному. У меня есть чёткое представление, что я конкретно делаю в каждый момент времени, и для чего.

В целом, все это имеет несколько главных целей:

– создать безопасное пространство для самых различных проявлений;
– обозначить границы – и терапевта, и клиента;
– быть в контакте с клиентом всё время сессии, слышать его, видеть, улавливать его чувства и эмоции;
– показать клиенту разные способы обойтись с ситуацией или проблемой, и помочь научиться им;
– восстановить цикл контакта, если он нарушен;
– дать поддержку, сочувствие, помощь – в тех рамках, в которых клиент согласен взять.

Иногда это всё происходит вообще впервые для клиента. То есть, терапевт часто бывает первым человеком, с которым стало возможно какое-то другое взаимодействие, кроме сценарного. Например, он стал первым, кто дал клиенту “потрогать” и ощутить свою границу. Или он первый, кто был рядом в момент тяжелых переживаний клиента, просто был рядом – и не разрушился, ничего не запрещал, не ушёл из контакта. После получения первого опыта клиент, наконец, понимает, что такое, в принципе, возможно, и может идти с новым знанием в жизнь. Это очень важно.

Следует также коснуться вопроса откровенности и стыда. Конечно, невозможно сразу выложить незнакомому человеку всю подноготную. Поэтому психотерапевт не “копается в жизни”, он ассистирует клиенту в процессе знакомства с собой (если так можно выразиться) и в самостоятельном решении своих проблем. Он является, скорее, зеркалом, и не вносит в терапию ничего своего, никаких оценок. Степень открытости при этом определяет, конечно, клиент. И честность клиенту необходима, прежде всего, перед собой – в том случае, конечно, если нужно именно ехать, а не шашечки (т.е. решить проблему, а не выглядеть идеальным в глазах психотерапевта).

С другой стороны, клиент волен распоряжаться своими деньгами и временем специалиста в рамках сессии, и если он хочет неэффективно распорядиться – например, не говорить о проблеме вообще, а говорить о котиках; или оплатить, но не придти; или врать и изворачиваться – его право. Клиент может сопротивляться работе – сознательно или подсознательно. Часто бывает так, что решить вроде бы хочется, но включается режим “уточка из анекдота”: коне-е-ечно, но… Что тогда? Ничего. Нет, терапевт не сердится от того, что у человека не получается быстро, красиво и легко решать свои проблемы. И от того, что человек не соглашается на варианты. Было бы странно от этого как-то сердиться, ведь клиент терапевту ничего не должен, даже – взять помощь или не взять, и то он сам решает. То есть, у терапевта нет никаких ожиданий относительно клиента, он лишь готов следовать за тем, как человек проявляется, в рамках оплаченного времени и своих знаний и опыта.

Иногда клиент не хочет иной помощи от терапевта, кроме как быть аудиторией для “истерики” – и это тоже возможно. Возможно, это тот максимум помощи, который клиент может сейчас получить. Решать ему.