Танец толстой девушки и то, что из этого вышло

Нарезка из разных интервью радиоведущей и преподавателя танцев Уитни Торн (Whitney Thorne). Видеоролик с записью её танца неожиданно для неё самой стал вирусным, и вдохновил её на рассказ своей истории на ТВ и ведение блога No Body Shame Campaign. Интервью здесь, второе здесь, блог Уитни здесь.

«…Мой квест под названием «Идеальное тело» стартовал, когда мне было 10, и сопровождал всю мою жизнь, подобно ускользающей тени, в течение 19 лет. Это был изнурительный путь — через неуверенность в себе, расстройство пищевого поведения, синдром поликистозных яичников, потерю 100 фунтов веса к глубочайшей депрессии. Теперь, когда мне 29 лет, этот неравномерный путь, наконец, приходит в спокойную фазу. Я прибываю в «место любви к себе». Но давайте рассмотрим историю с самого начала… Читать дальше

Как девчонка

— Здравствуйте. Мы будем просить вас делать кое-что перед камерой, пожалуйста, делайте это не задумываясь, так, как вам приходит в голову. Покажите, что значит «бежать как девчонка»?
Читать дальше

О любви, свободе, о творчестве и сумасшествии, о психотерапии, о свете и тьме в наших душах

Удивительно умиротворяющее интервью аргентинского психиатра и психотерапевта Jorge Bucay (полностью по ссылке тут, русский язык). Тоже так хочу.

О любви

Любовь — это очень широкое поле. Я думаю, нужно говорить о любви в органическом смысле. Я точно не люблю каждого человека так, как люблю своих детей. Но это различие в количестве, а не в качестве. Качество одно и то же. Но с любовью все сильно зависит от определения. Я иногда говорю, что у каждого дурака есть определение любви, и я не хочу быть исключением. Я такой же дурак, как все. Определение, которое нравится мне больше всего, я взял у Джозефа Зинкера. Он говорил: «Любовь — это радость, которую я испытываю от того, что другой человек существует». Радость от самого факта существования другого человека. И в этом смысле я счастлив от того, что существуют мои пациенты. В этом смысле любовь между терапевтом и пациентом действительно существует.

О свободе

Люди думают, будто свобода — это делать, что хочется. Но свобода к этому отношения не имеет. Если бы все было устроено так, никто не был бы полностью свободным. Это не определение свободы, это определение всевластия. А свобода и всевластие — не одно и то же. Свобода — это способность выбирать в рамках возможностей, которые предоставляет реальность. В конечном итоге это способность решить: «да» или «нет». И эта свобода всегда несомненна. Ты всегда можешь сказать «да» — или «нет». Это верно для отдельных людей, пар, семей, городов, стран и для всей планеты. Всегда можно сказать «да» или «нет».

О жизни

Читать дальше

Слишком толстая, чтобы заниматься наукой (Too fat to be a scientist)

Перевод грустного и горького письма Рейчел Фокс, выпускницы Университета Уэсли (США). Оригинал с комментариями по ссылке.

Я давно мечтала пойти в науку, но сейчас, по прошествии всего нескольких недель после получения степени бакалавра по биологии, в престижном университете — я приняла решение оставить эту затею. Я отказываюсь от карьеры учёного, или, точнее, наука отказывается от меня, поскольку быть учёным и быть толстым одновременно невозможно, это всё равно что пытаться смешивать воду и масло.

Основная проблема учёных с лишним весом — это то, что как учёный, я вроде бы должна «лучше знать». Наука — это правила, законы и логика, которые работают даже в сложнейших системах. Большинство учёных является приверженцами теории о том, что потеря веса — это просто действие биохимической термодинамики: расход калорий vs приход калорий. Несмотря на десятки исследований, которые намекают, что всё немного сложнее (включая пресловутый доклад Тары Паркер-Поуп «Ловушка жира»), этот миф всё ещё является самым стойким из тех, с которыми я сталкивалась за время учёбы в сфере STEM (science, technology, engineering, mathematics — прим. Е.С.). За прошедшие 4 года я слышала всё, от тонких намёков до вопиющих заявлений о том, что любой человек, который «знает правду», но всё ещё имеет лишний вес — ленивый, глупый, прожорливый и безвольный.

Если вы думаете, что я преувеличиваю, посмотрите на прошлогодний твит специалиста по эволюционной психологии Жоффрея Миллера:

Уважаемые соискатели Ph.D. с лишним весом!
Если у вас не хватает силы воли перестать есть углеводы,
у вас не хватит её и для написания диссертации

Климат в научных кругах сейчас ужасающий. Исследователи первого звена должны постоянно убеждать потенциальных инвесторов в том, что их работа важнее, чем у других лабораторий. Студенты и ассистенты постоянно доказывают, что их данные гораздо круче, чем данные их коллег. Жизнь под таким давлением превращает учёных в злобных конкурентов, постоянно ищущих способы доказать своё первенство. Эта ментальность способствует оценочности и дискриминации, и всё это в целом ведёт тех, кто работает в сфере STEM, к лёгкому пути возмущения и издевательств над людьми, которые «слишком слабовольны, чтобы прекратить есть», «слишком апатичны, чтобы заниматься спортом», «слишком невежественны, чтобы открыть книгу о правильном питании». Толстые люди, символизирующие собой антитезис ко всему, чем гордятся современные учёные, становятся лёгкой мишенью для агрессии.

Меня не раз дискриминировали из-за моего веса. Несколько лет назад я проходила собеседование Читать дальше

Про детские конкурсы красоты

Недавно писала комментарий к статье про детские конкурсы красоты, пошла в гугл-картинки, посмотреть на фотографии девочек — чтобы понять, какие же у меня чувства от всего этого. В общем, когда я на эти фотографии смотрю… то первыми чувствами бывают гнев и возмущение. Ещё есть отчаяние, бессилие … большая жалость к детям, не имеющим выбора. То, как они улыбаются, двигаются, изо всех сил стараются быть самыми лучшими — для своих мам и пап — вызывает острый отклик внутри.

А у вас как? Кто-нибудь сам в детстве-юности участвовал в подобных конкурсах, или знаком с мамами маленьких конкурсанток? Как там вообще обстоят дела с их жизнями и отношениями потом? Может быть, я зря так переживаю. Ну и вообще, что думаете про эти конкурсы?

Текст комментария ниже

  • «Российская культура и менталитет – уникальны во многом. Одним из ярко выраженных отличий является тема женской внешности: ухоженность и сексуальная привлекательность возведены, фактически, в культ. Конечно, средняя женщина попадает под этот «асфальтовый каток» не сразу. Основные мучения, связанные с внешностью, приходятся на подростковый возраст: это естественным образом связано с половым созреванием. Что же касается более младших девочек, то они пока ещё не озабочены вопросами привлекательности и красоты. Им нужны любовь и внимание, не зависящие ни от чего: ни от внешности, ни от достижений, ни от поведения. Им также не нужны конкурсы красоты и титулы: такой детской потребности просто не существует. Существует желание быть хорошей дочкой и радовать родителей, которым почему-то очень важно, чтобы она была самой красивой. В этом, на мой взгляд, главный негативный итог для участниц – нарциссизм они в буквальном смысле впитывают с молоком матери, а ещё не понимают и не чувствуют собственных нужд, так как привычно берут их извне.
  • Ещё один мощный негативный импульс – это ненормально раннее сексуальное развитие, и физические параметры тела и лица, как основа самоидентификации. В этом случае постепенное уменьшение привлекательности — с возрастом, или в силу каких-то причин — становится «концом всего». А сексуализация тела, пластики и поведения в детском возрасте влечёт серьёзные последствия в жизни взрослой женщины. Не случайно именно в этой группе девочек частота психических расстройств типа анорексии и дисморфомании в 20 раз выше, чем в среднем.
  • Третий «канал вреда» – это пропуск важной части детства, естественных процессов, нужных для формирования любви к себе и внутренней гармонии. Хорошо, если выросшая девочка будет иметь возможность поправить всё это у психотерапевта – а если нет? Настолько ли важны победы и титул «Мисс», чтобы платить такую огромную цену?»
(Комментарий для журнала «Татарстан», март 2014 г.)