Hopeful: о травле

У меня есть guilty pleasure – это прослушивания типа X-Factor и The Voice в разных странах. Guilty не по содержанию, а по форме: времени мало, а смотреть по одному или два – неинтересно :)

Делюсь выступлением двух дико харизматичных мальчишек, Bars & Melody (их зовут Charlie and Leondre), 15 и 13 лет. Они исполнили песню “Hopeful”, о школьном буллинге (травле). Леона травили в школе, и он написал эти стихи в процессе переживания того ада, через который ему пришлось пройти. Песня сама по себе очень сильная (текст и мой перевод – под катом), посмотрите, как реагирует зал и судьи… Плакали, кажется, вообще все. Я сама не удержалась. Какие они молодцы, что вышли с этим на сцену.

Ссылка на клип здесь, не получается вставить в запись в готовом виде.

 Слова и перевод – Читать дальше


Андрей Пежич, всемирно известная андрогинная модель, сделал операцию по изменению пола и стал женщиной, добавив букву “а” к паспортному имени. По словам Андреа, осуществилась мечта всей её жизни. Она всегда знала, что является женщиной, но её тело, точнее, некоторые его части – не соответствовали этому ощущению. Операция была сделана в начале 2014 года, и сейчас Андреа впервые начала говорить об этом публично. “Я чувствую себя хорошо”, – сказала она на одной из конференций, и то, что это так и есть, было совершенно очевидно.

Ниже – мой перевод абсолютно прекрасного интервью Андреа, оригинал тут. Об операции, о трудностях жизненного пути модели-трансгендера, и о том, почему, в конце концов, она почувствовала себя готовой открыться всему миру.

- Кто вы?

– Я женщина.

- Кем вы были до того, как сделали операцию?

– Я рано поняла, кто я есть на самом деле – примерно в 13 лет, когда прочитала об этом в интернете – так что я давно знала, что “переход” (transition), превращение в женщину – это то, что мне нужно. Но тогда это было невозможно, так что я оставила эту идею. Андрогинность стала для меня способом выражать феминность без дополнительных объяснений окружающим. Особенно, моим сверстникам – которые не понимали слов типа “транс” и “гендерная идентичность”. А потом началась модельная карьера, и я стала андрогинной моделью-мужчиной – это много значило для моего развития и самоисследования. Но я всегда помнила, что, в конечном счёте, моя главная мечта – стать женского пола. Я не была готова об этом говорить публично, потому что боялась, что меня не поймут. Я не знала, буду ли я всё ещё нравиться людям после этого. Но сейчас я делаю этот шаг, потому что я уже старше – мне 22, и я думаю, моя история может помочь другим. Моя цель – показать человеческое лицо среди всей этой борьбы, и я чувствую себя ответственной за это.

- Похоже, ваша идентичность была устойчивой с ранних лет. Было ли трудно расти в теле мальчика?

– Гендерная дисфория – это непросто, в основном, потому, что люди её не понимают. Большую часть детства я предпочитала девчачьи вещи, не зная, почему. Я не знала, что этому есть объяснение. Я не знала, что есть связанные с этим возможности.  А затем я пережила период всего “мальчишеского”, с 9 до примерно 13 лет. Я пыталась быть нормальным мальчиком, потому что думала, что весь мой выбор – это стать геем или гетеросексуалом, и то и другое – мужского пола. Я вовсе не чувствовала себя геем, но не предполагала, что есть какие-то другие варианты – до 13 лет, когда впервые узнала из интернета о сообществе транссексуалов. Узнала, что есть врачи, медицинская помощь, исследования – это открыло мне глаза. С этого дня я знала, что делать.

- Некоторые люди считают, что операция по изменению пола сродни пластической хирургии. Вы можете немного об этом рассказать, объяснить, почему это не так?
Читать дальше


Нарезка из разных интервью радиоведущей и преподавателя танцев Уитни Торн (Whitney Thorne). Видеоролик с записью её танца неожиданно для неё самой стал вирусным, и вдохновил её на рассказ своей истории на ТВ и ведение блога No Body Shame Campaign. Интервью здесь, второе здесь, блог Уитни здесь.

“…Мой квест под названием “Идеальное тело” стартовал, когда мне было 10, и сопровождал всю мою жизнь, подобно ускользающей тени, в течение 19 лет. Это был изнурительный путь – через неуверенность в себе, расстройство пищевого поведения, синдром поликистозных яичников, потерю 100 фунтов веса к глубочайшей депрессии. Теперь, когда мне 29 лет, этот неравномерный путь, наконец, приходит в спокойную фазу. Я прибываю в “место любви к себе”. Но давайте рассмотрим историю с самого начала… Читать дальше


Как девчонка

Ссылка на ролик на Ютубе, ниже перевод и иллюстрации

– Здравствуйте. Мы будем просить вас делать кое-что перед камерой, пожалуйста, делайте это не задумываясь, так, как вам приходит в голову. Покажите, что значит “бежать как девчонка”?

– А “драться как девчонка”? Читать дальше


Перевод грустного и горького письма Рейчел Фокс, выпускницы Университета Уэсли (США). Оригинал с комментариями по ссылке.

Я давно мечтала пойти в науку, но сейчас, по прошествии всего нескольких недель после получения степени бакалавра по биологии, в престижном университете – я приняла решение оставить эту затею. Я отказываюсь от карьеры учёного, или, точнее, наука отказывается от меня, поскольку быть учёным и быть толстым одновременно невозможно, это всё равно что пытаться смешивать воду и масло.

Основная проблема учёных с лишним весом – это то, что как учёный, я вроде бы должна “лучше знать”. Наука – это правила, законы и логика, которые работают даже в сложнейших системах. Большинство учёных является приверженцами теории о том, что потеря веса – это просто действие биохимической термодинамики: расход калорий vs приход калорий. Несмотря на десятки исследований, которые намекают, что всё немного сложнее (включая пресловутый доклад Тары Паркер-Поуп “Ловушка жира”), этот миф всё ещё является самым стойким из тех, с которыми я сталкивалась за время учёбы в сфере STEM (science, technology, engineering, mathematics – прим. Е.С.). За прошедшие 4 года я слышала всё, от тонких намёков до вопиющих заявлений о том, что любой человек, который “знает правду”, но всё ещё имеет лишний вес – ленивый, глупый, прожорливый и безвольный.

Если вы думаете, что я преувеличиваю, посмотрите на прошлогодний твит специалиста по эволюционной психологии Жоффрея Миллера:

Уважаемые соискатели Ph.D. с лишним весом!
Если у вас не хватает силы воли перестать есть углеводы,
у вас не хватит её и для написания диссертации

Климат в научных кругах сейчас ужасающий. Исследователи первого звена должны постоянно убеждать потенциальных инвесторов в том, что их работа важнее, чем у других лабораторий. Студенты и ассистенты постоянно доказывают, что их данные гораздо круче, чем данные их коллег. Жизнь под таким давлением превращает учёных в злобных конкурентов, постоянно ищущих способы доказать своё первенство. Эта ментальность способствует оценочности и дискриминации, и всё это в целом ведёт тех, кто работает в сфере STEM, к лёгкому пути возмущения и издевательств над людьми, которые “слишком слабовольны, чтобы прекратить есть”, “слишком апатичны, чтобы заниматься спортом”, “слишком невежественны, чтобы открыть книгу о правильном питании”. Толстые люди, символизирующие собой антитезис ко всему, чем гордятся современные учёные, становятся лёгкой мишенью для агрессии.

Меня не раз дискриминировали из-за моего веса. Несколько лет назад я проходила собеседование Читать дальше