Медицинская система РФ и как в ней уцелеть. Глава 4. Как, чему и почему учат врачей в России


«То, что мы принимали за оргазм, оказалось астмой»
(цитата из анекдота)

Ещё один фактор, влияющий на текущее положение дел и на сложившуюся систему взаимодействий пациентов и врачей, и, в каком-то смысле, даже закладывающий основы всех остальных – это неадекватность отечественного медицинского образования. Да, к сожалению – неадекватность. Образование, получаемое врачами в РФ, уже несколько десятилетий не выдерживает никакой конкуренции на мировом уровне. Почему? Как так?

1. Сроки учёбы.

Обучение врача от первого дня студенчества и до сертификации занимает 7 лет, из которых последний год – работа. Этого слишком мало, чтобы врач был достаточно обучен и натренирован; фактически, это самый минимальный минимум для базовых специальностей, натянутый на все остальные специальности (и то, я бы поспорила насчёт кажущейся простоты базовых). Государственная программа искусственно укорочена (с 8-10 лет в развитых странах, для некоторых специальностей — дольше), а вузы являются её заложниками. В программе нет критично нужных современному врачу предметов (медицинский английский, компьютерные программы и приложения, ориентировка в публикациях по своей области, психология пациента и т.д.), зато есть предметы из «стандарта высшего образования» вроде экономики и философии. Это приводит к тому, что студентов, умеющих, в основном, хорошо учиться, эта система выбрасывает в жизнь неготовыми к работе, и они вынужденно начинают тренироваться на живых людях.

Читать далее →

Философский смысл сказки «Белоснежка и семь гномов» (Snowwhite)

Был обычный зимний день. Молодая королева сидела у окна и вышивала цветочный узор иголкой из чёрного эбонита*. Заглядевшись на пургу за окном, она нечаянно уколола себе палец, и три капли крови упали на снег. Королева залюбовалась сочетанием цветов – чёрного, белого и алого – и подумала: вот бы родилась у неё девочка с кожей белой, как снег, волосами чёрными, как эбонит, и щеками румяными, как кровь…

*по другой версии – чёрными были пяльца, или даже рама у окна


Как же давно мне хотелось сделать интерпретацию этой сказки! Тут есть всё, что я люблю – и символика цветов, и символика чисел, и изобилие персонажей, и действия, и предметы. Приступим же скорее 🙂

Без сомнения, сцена с вышиванием, описанная в начале сказки, — про секс, как начало всего. Цветок, в который вонзается эбонитовый жезл 🙂 чёрная игла, три капли красной крови как символ страсти и чувственности, белый снег – как символ невинности и чистоты, и наконец, мысли о ребёнке как итог. Дитя, сочетающее все три цветокачества, вскоре и появляется – тогда-то и начинается самое интересное.

Я думаю, что все персонажи этой сказки – части одного «Я», взаимодействующие между собой; в разные жизненные периоды и с разными задачами. Мы имеем дело с историей о развитии и взрослении. Не самой простой историей, надо сказать.

Читать далее →

10 вещей, которые мамы-феминистки делают иначе

Мамы бывают разные. Домохозяйки, работающие, современные, неформальные, адепты естественного родительства, сторонницы домашнего обучения. Бывают мамы тревожные, следящие за каждым шагом своих чад. Честно говоря, наверняка где-то есть ещё и мамы, которые выбирают  принципы воспитания детей на основе просмотра «Доктора Кто» или чего-то подобного, потому что — почему бы и нет, чёрт возьми? Каждая мама знает, что лучше всего подойдет ее семье и детям, и может воспитывать их по своему усмотрению.

Сегодня я хочу поговорить об особенных мамах: мамах-феминистках. Они мне близки и понятны, возможно, потому что я сама — одна из них, и, если бы мне пришлось выбирать, к какой категории я себя отношу, я бы выбрала именно эту группу.  Это не закрытая группа, мамы-домохозяйки и разные другие мамы, перечисленные выше, одновременно могут быть феминистками. Но, в отличие от других групп, мы осознаем и придаем особое значение тому, как сексизм и патриархат находят отражение в каждом аспекте нашей культуры. Мамы-феминистки воспитывают детей так, чтобы дети тоже это замечали и были готовы изменить существующий порядок вещей.

Другими словами, мамы-феминистки — это ужасные матери, которые растят ужасных детей, и кое-что делают совсем иначе.

Что именно?

1. Мы не придерживаемся гендерных норм

Ваш сын хочет играть в куклы и носить розовые кроссовки, а ваша дочь — катать машинки и повсюду ходить в костюме динозавра? Отлично! Мамы-феминистки знают, что гендер — это социальный конструкт, и не собираются ограничивать своих малышей «их природной стороной» половой бинарности — а также пугаться, если дети ей не соответствуют. (По моему скромному мнению, эти нормы вообще не важны).

2. Мы тщательно выбираем прилагательные для описания качеств наших детей или похвалы
Читать далее →

Ложные обвинения в изнасиловании. Статистика и общественное мнение

The Guardian (оригинал тут, перевод мой) пишет, что безосновательная убеждённость в том, что ложные обвинения в изнасилованиях или в домашнем насилии встречаются часто, может влиять на работу полиции и других служб по расследованию таких дел, а также на общественное мнение.

Согласно опубликованному исследованию Королевской службы обвинения (Crown Prosecution Service, CPS) по Англии и Уэльсу, за 17 месяцев 2011 и 2012 года было рассмотрено 5651 заявлений об изнасиловании и 111891 заявлений о домашнем насилии. Из них 44 заявления были признаны ложными (35 по изнасилованиям, 6 по домашнему насилию и 3, включавших оба пункта).

Кейр Стармер, работавший в то время в должности главного прокурора этой службы, так прокомментировал данные:

«Люди понимают разрушительный эффект ложных обвинений и одновременно предполагают, что на самом деле их гораздо больше, чем показано в этом исследовании. По правда сказать, общепринятое мнение – что ложных обвинений хоть отбавляй, поэтому «нужно относиться к любому такому делу с осторожностью». Но почему-то это приводит не к более строгой проверке каждого заявления, а в основном к несправедливости по отношению к жертвам, их преследованию и оскорблениям. Мы должны упорно добиваться развеивания подобных вредных мифов и стереотипов, поскольку жертвы не должны чувствовать сопротивления, когда хотят заявить о случившемся.

Общеизвестно, что уровень домашнего насилия постоянно растёт. Например, согласно опубликованной статистике за последние 3 месяца 2012 года, количество подобных преступлений возросло на 11%. Согласно мнению экспертов, особая группа риска для этих преступлений – девочки 16-19 лет. Мы наблюдаем тенденцию появления целого поколения детей, которые выросли в атмосфере абьюза. У меня нет оснований думать, что эта тенденция будет меняться в ближайшем будущем.

Я хочу отдельно акцентировать, что факты, что кто-то не стал подавать заявление и обращаться за помощью; а также факты повторных заявлений от человека, часто становящегося жертвой, сами по себе не значат, что преступления не было и заявителю не нужно верить. В опубликованном исследовании указывается, что повторные случаи часто связаны с особой уязвимостью и психическими особенностями жертвы (в т.ч. последствиями предыдущих случаев), что приводит её к ситуации опасности снова и снова, в связи с чем риск снова оказаться жертвой изнасилования или домашнего насилия у неё существенно выше, чем у других людей.

Ложные обвинения могут разрушить жизнь и репутацию, поэтому должны тщательно расследоваться. Нужно сформировать у общества уверенность, что авторы ложных обвинений – в случае очевидных доказательств — сами станут обвиняемыми, и что уголовно-исполнительная система сделает всё, что для этого нужно».

Из 159 подозреваемых по делам в опубликованном исследовании о ложных обвинениях было 92% женщин. Почти половина из них были несовершеннолетние. Интересно, что в 38% начальное ложное заявление об изнасиловании или домашнем насилии было подано не самой «жертвой», а другим человеком (обычно, родителем). Часто «жертвы» впоследствии признавались, что в какой-то момент ситуация выходила из-под контроля и они уже ничего не могли сделать, чтобы остановить уголовную систему.

Переведу также несколько комментариев к материалу с сайта The Guardian:

Читать далее →

Медицинская система РФ и как в ней уцелеть. Глава 3. Дети и родители, пациенты и врачи — что общего?

Чтобы разобрать этот вопрос, нам, прежде всего, понадобится прояснить значение терминов «перенос» и «контрперенос». Человеку, не знакомому с психологией и психотерапией, они обычно неизвестны. Но для понимания механизма отношений между врачом и пациентом — очень важны. Перенос (transference) – это бессознательное перенесение чувств и отношений из прошлого на ситуацию или на человека в настоящем. Перенос случается по принципу «удочки»: что-то из текущего напоминает нам фрагмент прошлого опыта – человек, ситуация, действие. На это похожее, как на крючок, из глубин памяти подцепляется весь клубок связанных переживаний, и картинка настоящего достраивается уже ими, замещая некоторые части того, что происходит здесь и сейчас. Поэтому обычно перенос не соответствует реальности, как минимум, частично. Процесс переноса неосознанный, человек невольно переносит то, в чём он нуждается или чего ждёт/хочет/боится. Он пытается натянуть этот клубок ожиданий, своего рода «платье» — на ситуацию, на отношения или на партнёра. Бессознательно предполагается, что второй участник ситуации это «платье» наденет – и примет на себя комплементарную роль (т.е., будет соответствовать ожиданиям). Читать далее →